Шокирующая история из реальной жизни московской семьи

  Автор:
  1982
shokiruyushhaya_istoriya_iz_realnoj_zhizni_moskovskoj_semi

Женечка. Без сослагательного наклонения

Сегодня на Морнинге шокирующая история из реальной жизни, которая никого не оставит равнодушным. В ней есть все: борьба за жизнь, отчаяние, надежда, разочарование… Она о том, как обычная московская семья сделала все возможное и невозможное, для спасения жизни своего ребенка… и победила. Это история не про игру со смерью, она про жизнь и про людей, которые делают эту жизнь такой прекрасной!

Другие шокирующие истории Не боюсь сказать и В постели с властью можно прочитать здесь.

Автор Даша Егорова

С чего начинается каждый рассказ? Статья? Да и вообще любая история?

С чашечки горячего кофе и маленькой конфетки, предложенной подругой. Так и тут, с разницей лишь в том, что кофе с конфеткой делаешь себе сам.

Тонкий аромат кофе настраивает нас душевный разговор, нам хочется открыться перед человеком и рассказать ему самые сокровенные тайны, и важные события в нашей жизни.

И вы знаете, я же тоже сейчас заварила себе ту самую чашечку кофе, с ноткой ванили.

И как же хочется начать рассказ о своей жизни, со слов «обычная» «да, как и у всех», но, к сожалению, моя жизнь в какой-то момент стала сильно отличаться от других. В один из прекрасных дней я узнала, что стану мамой. Это прекрасное событие, которое случилось или случиться, надеюсь, в жизни каждой женщины. И все было бы прекрасно, если бы не несколько НО.

Мне было 20 лет, я только что помирилась со своим парнем после полугодовалого разрыва. Я еще была студенткой, только что уволилась с работы, гормоны, они гады такие! Да и вообще «Я САМА РЕБЕНОК» кричало мое внутреннее «Я». Ну, после бурного обсуждения с подругой «что как и чего дальше» я решилась! Аборт. Нет, ну а что вы предлагаете делать? Вся жизнь впереди! Я хочу гулять, веселиться, да и просто радоваться жизни!

С этой мыслью и уверенностью я легла спать. Проснувшись на следующее утро, что-то изменилось. Появились сомнения. Я пошла к гинекологу подтвердить беременность, и записаться на аборт. Мне сделали УЗИ. «Тук, тук, тук» — Да, вы беременны, и сердце малыша бьется сильно и четко, — сказал врач.

Сердце бьется.

Сомнений больше не осталось. Это мой ребенок, я его мама. А мама — это в первую очередь человек, который должен защищать, оберегать, спасать.

А что же я за мама, если вместо защиты собираюсь убить своего ребенка. Нет, я — мама. А значит, он будет жить.

Дальше началась долгая и тяжелая борьба с родственниками за его право жить. Все считали, что умнее меня, так как старше, и лучше меня знают. Да и вообще знают, что я слабый, эгоистичный человек, который еще не дорос до материнства. Но я выиграла все бои, но за несколько недель перед родами, я чуть не проиграла войну.

shokiruyushhaya_istoriya_iz_realnoj_zhizni_moskovskoj_semiМоему сыну поставили сложный комбинированный врожденный порок сердца, не совместимый с жизнью. Чуть позже узнала, что все это время на протяжении всей беременности, когда мне делали УЗИ, врачи писали: «Плод лежит так, что сердца не видно, но все в норме». И хотелось бы сказать, что это первая медицинская ошибка. Но, прокручивая в памяти начало своей беременности, когда я от стрессов в доме легла на сохранение в Первую Градскую, я вспомнила что там мне кололи лекарства для свертывания крови, название которых, на тот момент будущая, акушерка даже не слышала за всю свою долгую практику, начинаешь понимать, что медицинские ошибки начались задолго ДО.

Все. Сказка закончилась. Слезы по ночам, а днем решение дел по списку: найти новый роддом, найти реанимацию, найти врачей, найти перевозку из реанимации роддома в больницу, и да… Сделать все, чтобы ребенок попал в лучшую больницу, что у нас есть.

Конечно же, все это время я была не одна, мой муж был рядом со мной и ночью и днем. И мне очень стыдно, что за всю эту историю, он постоянно поддерживал и успокаивал меня, а я ни разу так и не спросила как он. Кто-то скажет, что ничего страшного, ведь женщинам в таких ситуациях тяжелее, чем мужчинам. Нет, дорогие дамы. Нашим мужьям так же тяжело. Ведь это их ребенок, как и наш. И я обращаюсь ко всем женщинам, которым пришлось столкнуться с похожим. Не забывайте про своего мужчину. Им тоже больно.

Все подготовлено, со всеми все обговорено. Ждем. Срок родов: 14.02.2013.

Ну, ровно в этот день раскрытие 2 пальца. И все. Ни схваток и воды на месте. Ти – ши — на. Все мне говорят: побегай – потаскай – тяжести — по лестницам походи. Ну, я как мисс послушность, хотя ею никогда не являлась, все это делала. Результат? Замученные мной медсестры отправили меня в родовую полежать, где подключили меня к аппарату и заставили спать в этом родильном кресле. Ребенок так и не родился в тот день, схваток не было. Зато я провела прекрасную бессонную ночь в криках и вечно отключающимся монитором сердцебиения.

После такой экзекуции меня отправили обратно в патологию, где я, уже не слушая никого, просто ела и спала. Спала и ела. И вы знаете. Помогло! Я родила ребенка на следующий же день! Утром меня забрали в родовое отделение, а после обеда я уже родила.

Ну, страсти — мордасти про роды в России рассказывать не будем, все и так в курсе, да и рассказ не об этом.

shokiruyushhaya_istoriya_iz_realnoj_zhizni_moskovskoj_semi16.02.2013 года на свет появился Евгений Сергеевич Егоров. Воинственным воплем, сообщив о своем рождении. Родился сам, естественным путем, (подсказка: с врожденным пороком сердца нужно кесарить), сразу закричал,  не синел, по шкале Апгар 8-9 баллов. И все указывало на то, что пренатальный диагноз — ошибка.

Вы знаете, надежда такая зараза, что появляется за долю секунды, и даже когда понимаешь, что не на что надеяться. Эта вредная особа не покидает тебя долго время. А потом за секунду собирает чемодан и просто сваливает, оставляя за собой огромный кратер в душе.

Ушел день на постановку диагноза при рождении. День и две ночи.

Нет. Это не больно. Это УЖЕ не больно. Это просто невыносимо. Всем привозят малюток, они их кормят, играют, переодевают, и их увозят обратно. А ты лежишь, и единственное что тебя беспокоит, это что по ночам эти мамаши включают свет и мешают тебе спать. Ведь ты-то не знаешь, для чего они это делают. Ведь твоего ребенка тебе не привозят.

Тихо, аккуратно, держась за стеночку, теряя сознания, (из-за потери крови, которую врачи лишь случайно заметили, а я уже успела потерять приличное количество), держа улыбку, хоть и уже темно в глазах, ты идешь в детскую реанимацию при роддоме.

Лишь чтобы увидеть своего ребеночка, в этой дурацкой «коробке» с зондом в носу и окруженного мониторами. И все что тебе можно, это слегка дотронуться до его пальчиков через дырочку в «коробке».

Запланированный вызов скорой, сопровождение его отцом в НИИ им. Бакулева. И снова ожидание, но только теперь ты не рядом с ним. Соседкам продолжают приносить детей, а ты плачешь в душе и в подушку по ночам, с просьбой, чтобы в профильной больнице все же диагностировали его и сказали «Здоров».

И вот долгожданный звонок из больницы. Мама… Муж не может говорить.

Завтра Жене делают операцию. Диагноз не тот, что ставили пренатально, и не тот, что в роддоме. Да у ребенка есть четвертый желудочек… Но с его размерами… Можно сказать, что его и нет.

О, нет друзья, вы не подумайте! Наша проблема заключалась не только в синдроме единого желудочка. У Женечки был целый букет пороков.  Уникальность, она же должна быть во всем!

Дальше я снова вступила в бой. Сказала: «Либо вы меня забираете из больницы и везете к сыну, либо я отсюда сбегу!» В Москве зима, а я в ночнушке, и сама дойду ли до больницы, нет обуви, и еле стою на ногах. Но это были не пустые угрозы, а самый что ни на есть ультиматум. Ведь я бы правда пошла. Но моя мама поняла всю серьезность ситуации, и приехала меня забирать из роддома. Меня одевала и обувала медсестра. Ведь сама я не могла ни сидеть, ни долго стоять.

И вот меня привезли в больницу, и я наконец-то увидела своего сына! Я наконец-то смогла его поцеловать! Какой же он хорошенький….

«Так, все мамочка выходите, вам и так тут нельзя находиться, я просто пошла вам на встречу, чтобы вы увидели ребенка перед завтрашней операцией,» — раздались где-то вдалеке слова медсестры.

Я наклонилась над пупсом, и прошептала слова, что мы его все очень любим и ждем. Что он не один. Я всегда рядом.

Поцелуй. Занавес.

Точнее закрытая дверь перед моей мордой.

Утро, бегом-бегом собираемся в больницу к сыну. Приезжаем, врач выносит нам фотографию, так как по правилам нам же нельзя к сыну, а он пошел нам навстречу и сфотографировал его для нас.  Россия, это просто Россия.

Забегая вперед, скажу вам, что операция прошла быстро, удачно, и мне выдали список анализов, которые я должна пройти, чтобы навещать ребенка как он выйдет из реанимации. Конечно же, в реанимацию никому нельзя. И грудной ребенок, два дня отроду, после операции на открытом сердце, лежит в холодной и сырой операционной один. А родители приезжают каждое утро, сидят около раздевалки и как манну небесную ждут, когда выйдет врач с листиком, позовет именно их, и скажет: все хорошо стабилен, приходите завтра. Нет, даже не спрашивайте, и не надейтесь ни на какие подробности. Не ответят, огрызнувшись, что не ваше это дело, так как вы не медики и ничего не поймете.

zhenya-zavernutiyА ты же, и правда новенький. Это первый ребенок, впервые сталкиваешься с таким диагнозом и ситуацией. И ведь правда, ты еще ни в чем не разбираешься, и все что тебя волнует «Он жив?»

И ты ведешься на все что, говорят врачи. Ведь они ВРАЧИ! а ты обычный штатский.

Какими же глупыми мы были.

Врать не буду, я не помню, через сколько дней его перевели в палату интенсивной терапии.

Но далее мы месяц не выкарабкивались из больниц. Сначала лечили от стафилококка, который он подцепил в реанимации, они правда холодные и сырые.

Потом больная на голову медсестра пришла на работу в палату интенсивной терапии с…. барабанная дробь…. с ВЕТРЯНКОЙ!

А теперь угадайте реакцию начальства и врачей на это? Карантин — хором крикнете вы! А нет. Не угадали!  Всех детей с кем у нее был контакт, распихали по другим больница, НЕ профильным по сердцу. Зачем? Да чтобы имя Бакулевки не запятнать такой грубой и опасной ошибкой.

Нас перевели в детскую городскую больницу № 9.

Запомните это название, и никогда не приезжайте туда. Ни на скорой, ни тем более сами. Что там началось… оборудования у них нет, сатурацию они таким маленьким измерить не могут, потому что датчика на маленькие пальчики у них нет. Такой датчик есть только в другом корпусе. Датчик — маленький провод, с пластырем на одном конце, и со штекером в другом, чтобы подключать к обычном аппарату. А так как мы под карантином, через больницу вести нельзя.

Поэтому ночью, зимой, грудного ребенка, после операции на открытом сердце. Повели через УЛИЦУ!!!! на руках, даже не на машине скорой.

Дальше, когда ребенок вытаскивал зонд из носа, который ему установили постоянно в 9 больнице, для еды, потому что медсестры не обязаны уметь ставить зонды каждый раз при кормлении, надо установить постоянный, который ребенок вечно вытаскивает сам, его опять по улице в холод тащили в другой корпус. Просто чтобы установить этот зонд. А когда я заартачилась ,и запретила его вести, а сказала пусть этот мега доктор, который единственный на всю их больницу умеет ставить зонды в нос — тащит свою задницу сюда, мне соврали о тяжелом Женином состоянии, и что срочно нужно менять центральный катетер в вене, а это только в операционной, поэтому придется все равно вести Женю туда. Дали бумажку на подпись с разрешением на эту процедуру. Я испугалась, подписала, отвела ребенка, ЧЕРЕЗ УЛИЦУ,  ждала в очереди у операционной. Отдала ребенка, а через 10 минут мне выносят ребенка без нового центрального катетера, зато с зондом в носу. Объяснили, что катетер внезапно заработал.

И я понесла ребенка обратно в палату через улицу.

И так Женечке исполнился месяц, может в честь этого события, может из-за моих вечных истерик, и ругани с этими «врачами», нас выписали. Без предупреждения. За полчаса.

Сказать честно? Я особо и не сопротивлялась такой срочной выписке. Рвать когти от туда я хотела с первого дня.  Но кто знал, что оказывается,  я имела на это право.

Да, попрошу заметить, параллельно со всеми этими приключениями, ребенок все еще проходил лечение после операции на сердце. Но это так, параллельно, ведь дела сердечные врачей 9-ой больницы не волновали. Они прямо мне заявляли, вы тут не по профилю. Как будто это я сама к ним напросилась, а не нас перевели сюда из НИИ им Бакулева.

Шарики, улыбки, поздравления… Вот чего у моего ребенка так и не было при выписке из больницы, в роддоме тоже, и по приезду домой.

Мы настолько обрадовались, что едем домой, и так скоропалительно. Что просто забыли про эти аксессуары.

v-noskahВремя шло, ребенок рос, дарил улыбки и счастливые дни! И не было счастливее родителей, чем мы. Он умилял нас каждый день. Ему было все любопытно, интересно, и этот умный взгляд…

Мы как по расписанию ездили в больницу на проверки, отдавали бешенные деньги за эхо КГ. Да, в России бесплатная медицина, а у москвичей есть еще и льготы. Конечно.

А главное, мы верили нашим врачам. Идиоты, правда?

Но однажды, в нашу жизнь снова вмешалась судьба. Или случайность… Решайте сами.

Мы пошли на бесплатную консультацию к адвокату, по поводу получения квартиры в рамках программы «Молодая семья». Конечно же, обычная молодая семья пролетает как фанера над Парижем, из-за критериев этой программы.

Но разговорившись с адвокатом… Она узнала, что у нас с ребенком, и рассказала случай ее подруги.

В Москве на ее ребенке тоже ставили крест, что порок не исправим. А в Германии взялись и исправили.

Надежда. Помните, в начале мы уже описывали упрямый характер этой особы.

С быстрого пинка леди Нади я, как ошпаренная, начала пробивать все клиники и больницы за границей. Отправляла всюду Женину историю болезни со всеми снимками и записью эхо КГ. Где приходил отказ, где приходили слова «Исправит не возможно, но следующую операцию надо делать срочно, еще вчера, поэтому быстро дайте деньги и приезжайте к нам». И только в Израиле дали надежду. Что может быть есть шанс сделать кардинальный «Фонтен» (прим. радикальная операция, с изменением анатомии сердца).  Да, это все равно две операции, но шанс на исправление анатомии есть. Надо приехать на обследование, они должны все сами посмотреть и тогда скажу точно.

«Шаааансссс» —  как лукавая змея шептала мне Надежда.

И я ухватилась за этот шанс. Как-то случайно подняла на ноги полмира. Нет, правда, случайно. Просто я была одержима, и знала что надо биться. «И снова в бой!!!» — пела моя душа, а кулаки уже горели.

Мне помогали все. Столько людей, столько помощи в разных аспектах! Мой маленький сын, 4-5 месяцев отроду, а соединил такое огромное количество людей, ранее не знакомых друг с другом. И таким образом создал сам огромную семью друзей.

shokiruyushhaya_istoriya_iz_realnoj_zhizni_moskovskoj_semiВы знаете, многие сейчас мне говорят «Вы такие сильные! Столько всего сделали! Через столько прошли!»

Не правда. Мы вовсе не сильные. Мы просто искренне любим нашего сына, и мы просто родители. Мы сделали не мало, но и не много. Основную работу сделали люди, которые помогали, и израильские врачи.

Но единственное, с чем я соглашусь.  Да, мы через многое прошли.

Если говорить начистоту. То я поначалу вообще не знала с чего начать и к чему приступить. Ведь столкнулась с таким впервые. Куда нажимать, что писать? К кому обращаться? Я не знала. Но была уверенна в одном — я обязана узнать. От этого зависит ЖИЗНЬ моего ребенка. Даже не качество, а сама возможность ЖИТЬ.

А, как и любому человеку, когда припирают к стенке, мы активнее ищем выход.

С чего все началось, я не помню. Я помню уже ту волну, которую я создала, и которая каждый раз пыталась меня поглотить. События развивались очень быстро. С бешеной скоростью. Как я за всем успевала? Не знаю. Не помню. Выбора не было. Надо было справляться и успевать.

Мы собрали группу. Екатерина Белинская помогла мне поставить эту группу на ноги и раскрутить в интернете. Много людей помогали, кто помогал деньгами, кто помогал, создавая проблемы и препятствия, кто-то помогал информацией к кому еще можно обратиться, и что еще можно сделать. Я лично обивала пороги каждого магазинов в пешей доступности.  Дальше я просто не успела. Потому что прилетела тетя – фея! И помогла нам «закрыть сбор». Нет,  эта женщина правда крестная фея!

Закрыть сбор. Вы тоже слышите всю магию этих слов? Прямо музыка в ушах! С-БО-Р ЗА-К-РЫЫЫТ!

v-galstuke«И что теперь? Мы что летим? Все? В Израиль? На операцию? ВЫ СЕРЬЕЗНО?! Мамочки куда меня занесло с этими амбициями и погоней спасти сына.

Стоп. Так ведь и должно быть !» Вот примерный сумбур мыслей на тот момент в голове.

Ну.. Без приключений улететь на операцию мы тоже не смогли.

Мужу отказывались делать срочно заграничный паспорт (З.Ы. письмо из больницы было и приглашение на операцию). Ответили просто: А зачем вам туда лететь? Пусть жена сама летит. Этого достаточно.

Ну.. Далее цензура не позволит меня рассказать ,что о себе услышал начальник ПФЦ на Новослободской. Вкратце я выразила свою надежду, что бы он с таким не столкнулся.

Выйдя из кабинета, немного всплакнув, выдохнула, и мой мозг в лихорадочном состоянии стал просчитывать обходные пути. Найти нашли, паспорт заказали. Но выдать, милые люди, без доли нервотрепки — не хотели.

Но ничего, и с этим справились. Но, правда, пришлось моей маме лететь вперед вместе с Женечкой. Мы приехали через два дня.

К сожалению диагностика показала, что кардинальный «Фонтен» сделать нельзя. Размеры желудочка этого не позволяют. Так как сейчас он сокращается, но рано или поздно откажет. И делать это не имеет смысла. Можно делать обычный «Глен & Фонтен». (прим.кардиологические операции).

Смысл… смысл… смысл… «Жить будет, доктор?» «Да!» «Бегать, прыгать, и играть в футбол — сможет?» «Да, конечно, он будет как обычный ребенок, ну чуть сильнее уставать, чуть чаще отдыхать. Но в целом он будет, как и все дети»

«Делайте!» —  сказали мы. Смысл именно в этих славах: Будет жить, как и все дети.

Нас переодели, отвели в операционную, муж поцеловал Женечку, и пошел в зал ожидания. А я понесла свое чудо на операционный стол. Я была рядом, пока он не уснул. Я поцеловала его, и меня сопроводили в зал ожидания. Я знала, я его еще увижу. Но стоило увидеть мужа… и слезы потекли ручьем. А все-таки это страшно.

Операция началась. 8 сентября. В 8 утра. Длилась 8 часов.

В течение операции выходил доктор, и рассказывал о ходе операции. Но когда он вышел первый раз…  Я как самая наивная дурочка ждала, что сейчас скажут, ребят, а у него все в порядке! Но нет. Пришли сказать, что в Москве совершили много ошибок во время операции и вы должны принять решение, что нам, хирургам, с этим делать. Нам предоставили варианты, а мы уже должны были дать согласие на конкретное действие. А теперь скажите, пожалуйста, в Москве вас бы спросили или поставили перед фактом?

Помимо «Глена», Женечке провели еще несколько операций сразу в одной. Если говорить обычным языком: перешивали сердце заново. И вы знаете, сделали это очень хорошо, профессионально и качественно! Женечка быстро пошел на поправку, начал набирать вес, у него появились ЩЕЧКИ! Вы представляете, мы два взрослых, вполне адекватных человека, на радостях дергали ребенка за щечки! Постоянно! Это было не передаваемое, потрясающее ощущение, когда у ребенка есть щеки!

И все так прекрасно и так радужно, и через две недели мы уже летели домой.

shokiruyushhaya_istoriya_iz_realnoj_zhizni_moskovskoj_semiЗаметьте, при первой простейшей операции, в сравнении со второй, ребенок месяц с трудом приходил в себя, а здесь… Две недели и уже ЛЕТИМ домой.

Прилетев домой, мы начали готовить документы и наши жизни к переезду в Израиль на ПМЖ. Это все было морально не просто. Но каждый раз, сталкиваясь с реалиями российской медицины и отношения (после операции в Израиле) врачей к Женечке, наши сомнения и волнения уходили на второй план. А когда я увидела, как реагируют местные мамочки на Женечку, когда видят шрам и узнают что у него порок сердца! Все сомнения отпали окончательно.

Никогда не забуду, как отводили они своих детей от Женечки. Недалекие барышни, а вкратце дуры, наверно считали что этим можно заразиться.

И вот, 26 августа 2014 года, почти спустя год после Израильской операции, мы сели в самолет, который держал путь в сторону нашего нового дома.

shokiruyushhaya_istoriya_iz_realnoj_zhizni_moskovskoj_semiЭто было началом новой, совершенно другой жизни нашего сына. Здесь он обычный ребенок. Играет со всеми детками, да иногда устает, но это не делает его изгоем в обществе. Его все целуют, обнимают, и радуются вместе с нами каждой его победе!

Мы жили как обычная семья. Я и думать забыла, что у моего ребенка есть проблемы с сердцем. Да, мы постоянно наблюдались у врача, делали все проверки, принимали лекарства. Но это никак не мешала обычной, каждодневной жизни.

И вот моему сыну уже три с половиной года, он самый счастливый, добрый ласковый и отзывчивый ребенок! Маленькое солнышко на ножках.

Он заставляет улыбаться мимо проходящего прохожего, если кто-то плачет он подойдет и пожалеет, даже если это незнакомец. Он продолжает не осознанно, а может ментально, соединять людей, и поднимать им настроение.

shokiruyushhaya_istoriya_iz_realnoj_zhizni_moskovskoj_semiГлядя на его улыбку и слыша его звонкий смех, ты забываешь о всех проблемах. Он лечит своей улыбкой и дарит такую Надежду, которая никогда уже не покидает тебя, которая плавно перерастает в уверенность и знание, что все будет хорошо. Он такой маленький, а уже стал примером, и поводом переосмысления своей жизни для многих взрослых людей.

Но тихо, незаметно, практически бесшумно подкралась дата следующей операции.  «Фонтен».

Этот кусочек его истории произошел совсем недавно, и, наверное, мне будет не легко рассказывать об этом слишком подробно. Но мы же ведем беседу за чашечкой приятного кофе. А оно обязывает нас говорят искренне.

Все началось, так как и должно было быть. Нас за день госпитализировали в больницу. Провели все процедуры/анализы. И вот ранним утром, 16. 06.2016 повезли в реанимацию. Женечка как и всегда смеялся, улыбался, и просто радовался жизни.

А у меня на душе было не спокойно. Страшно. Что-то тут не так. Но все эти мысли я гнала далеко, ведь нельзя, просто нельзя о таком думать.

И вот, я снова проводила сына на операционный стол, пока бригада готовилась ко всему, мы сидели рядышком. А Женечка активно хохотал и развлекал бригаду.

Все, кардиохирург пришел, бригада проконсультирована, все подготовлено: «Мама, кладите ребеночка».

Как послушная, не истеричная мама, я все спокойно сделала, поцеловала, сказала, что все его любят и ждут! И вышла в зал. Я не плакала. Я знала, что все будет хорошо, и вообще без проблем отвлеклась от происходящего и все часы, что ребенок был в операционной мы с мужем играли в слова. Нет, операция не прошла быстро, просто между нами всегда жив дух соперничества и никто не мог уступить другому победу.

А тем делом врач периодически выходил и рассказывал что и как. Ну да, было сложность добрать до сердца. Много рубцовых тканей. Очень много. Но профессор Эрез справился с этим, и пошла операция. «Все хорошо, все по плану», — говорили нам.

И вот уже вечер, выходит профессор Эрез и говорит, все хорошо, операция прошла успешно, сейчас поднимаем в реанимацию, через час вас позовут к нему.

Ну, такие радостные звоним всем, рассказываем что все хорошо! и тут понимаем.. . час прошел, даже больше. А нас все еще не зовут.

Повторюсь, как не истеричная мама, я начинаю биться в дверь реанимации, и пытаюсь узнать,что и как.

Мне открывают, объясняют, что чуть позже нас пустят, его подключают.

» Ну, хорошо», думаю я… Подождем. И вот нас зовут пройти к Женечке. Картина не шокирует, ведь не впервые его таким в трубках и под наркозом видим. Нас шокируют слова врача. Произошло осложнение, когда подняли в реанимацию. Пытаемся справиться с помощью лекарств. Если не поможет, придется спускать снова в операционную и вскрывать.

Следующая операция длилась строго до начала следующего дня. Полночь решила все.

И так, позвольте внести немного мистики в мой рассказ. Насколько все знают число 8 это перевернутая бесконечность. а , тем более три подряд… Заставляют обычных людей оглядываться.

И так: первая израильская операция прошла 8 числа, началась в 8 утра и длилась 8 часов. Три 8, три бесконечности.

Вторая израильская операция… 16.06.2016. И Данную дату нам назначали после двух переносов даты, эта третья дата по счету. Три 6.

Анализируйте сами.

А теперь давайте вернемся к Женечкиным приключениям.

В полночь, начале первого ночи, наконец-то получилось стабилизировать сердце, и сделали вторую операцию, но зашивать его не стали. На два дня оставили грудную клетку открытой. Женечка держался изо всех сил. Я уверена, что все это время ему помогали не только врачи и поддержка живых людей. Но и те, кто уже по ту сторону.

К счастью, через два дня все было хорошо, и Женечку зашили.

Ждали, когда все станет лучше и можно будет отключить ИВЛ. Но каждый раз после улучшения, что-то случалось. И приходилось снова оперировать. Это был не бой. Это была Война. Не за здоровье и качество жизни. Это была Главная война за его ЖИЗНЬ.

Второе осложнение — это нам аукнулась грубейшая ошибка московского хирурга. И израильские врачи снова вступили в бой, и исправляли все то дерьмо, что натворили московские врачи.

Победа, как небольшая передышка перед следующим боем. Жене установили стенд в артерии. Это уже на всю жизнь. Это уже как часть приговора, в котором сказано сидеть на сильных лекарствах всю свою жизнь. И где-то в конце, мелким шрифтом прописано: «периодически менять стенд, по мере роста ребенка». Но это все ерунда. Он жив, его снова спасли, и лишь это важно!

И как по графику несколько дней было улучшение, надежды, веры, и как по тому же графику нас ударяли мордой об асфальт. Сердце начало выходить из синуса. Не выдержало сердечко нагрузки от такого количества наркоза. Ведь наш сын очень быстро привыкает к лекарствам, и наркоз переставал действовать, он просыпался, а ему еще было рано. И его погружали в сон все глубже и глубже. Несколько дней врачи пытались справить с его сердечными приступами с помощью лекарств. Все надеялись, что получиться и не придется оперировать снова.

Надеялись. Снова.

Но приступы стали сильнее, и с каждым разом лекарства приходилось давать все больше и больше, эффективность была меньше и меньше. И вот приходит врач. И просто как будто выносит для нас вердикт. «Нужна операция, выше поднимать лекарства некуда».

Слезы, и просто один вопрос: СКОЛЬКО МОЖНО ЕГО РЕЗАТЬ?! Нет, этот вопрос был не к врачам.

Это все произошло глубокой ночью. Дежурным врачам нельзя проводить такие операции. Заведующие отделениями встали из своих постелей, и из дома поехали на работу, чтобы провести срочную операцию. Дежурный врач соединил меня с нашим кардиологом, и он проконсультировал меня, объяснил все. Что просто у нас уже не остается выбора. Надо ставить внешний кардиостимулятор, потому что сердце выходит из синуса, медицинского объяснения на это нет, лекарства все по максимум, поднимать дозировку выше некуда. И ждать следующего приступа нет смысла. Повторюсь, была глубокая ночь, а меня соединили с нашим кардиологом, просто чтобы он меня успокоил. Потому что все, что он сказал, нам уже объяснил дежурный врач. Но может голос, может интонация, а может просто мы привязались к нашему кардиологу, но когда он произнес все тоже самое, я успокоилась и набралась сил и терпения. И мы дали добро на операцию.

Женечку вскрыли очередной раз. Подключили внешний кардиостимулятор, зашили.

shokiruyushhaya_istoriya_iz_realnoj_zhizni_moskovskoj_semiИ я не знаю, что произошло там, выше… Но после этого он пошел на поправку. Врачам дали возможность победить в этой войне. Спасибо тем, кто вытащил его.

Да, это не конец истории, ведь еще нам предстояло вывести его из месячного наркоза… Победить ИВЛ, справиться с постоянно появляющейся жидкостью в легких. Научиться дышать, глотать, ходить, и держать сатурацию самому, без постоянной подкачки кислорода. И он справился! А вместе с ним справились и мы!

Нам помогали все, и друзья которые появились на новом месте. И друзья, которые остались там. И соц работники в больнице, и медсестры, и волонтеры. И люди, которые нас даже не знали. И те … кого уже нет с нами.

zhenia-estНам помогали все. И, конечно же, врачи!

Эта страна — этот народ. Он един, и не важно, знаете вы этого человека или нет. Он твой согражданин, и это тут звучит как брат.

Нет сильных людей от рождения. Мы ими становимся, помогая друг другу. Одиночество это не сила. Мы сильные, когда мы вместе.

Это было не просто. Но вы знаете. Все говорят, как нам было тяжело и какой Женечка молодец. Да, нам было страшно, нелегко. Но тяжело и сложно было ЕМУ, а не нам…

Но если бы мы хоть на миг опустили руки, сейчас я бы не попивала здесь с вами кофе в ожидании своего ребенка из садика. Когда вам сложно, больно, тяжело и ДАЖЕ не выносимо! Подумайте не о себе. Подумайте о своих детях, что будет с ними, если сдадитесь вы. Вы для них не одна отдельно стоящая личность. Вы для них целый и единственный мир. И сдавшись, опустив руки, или махнув рукой на себя и/или свою жизнь, вы предаете их.

shokiruyushhaya_istoriya_iz_realnoj_zhizni_moskovskoj_semiРазрушая себя, вы разрушаете их мир. Ведь их мир это ВЫ.

Поэтому не нужно быть заранее сильным, волевым человеком. Просто любите своих детей, и они станут вашей силой. И волей к победе.

А главное, не бойтесь помогать людям. Увидел пост о помощи? Сомневаешься помочь или нет? Ведь ты не знаешь этого человека, а у тебя есть и свои проблемы… Рискни, помоги ему. Вот и познакомились. И вот ты уже помогаешь не незнакомцу, а прекрасному человеку, или ребенку, а может даже целому приюту.

Если у вас есть вопросы к героине сегодняшней истории илл вы хотите обсудить статью, вы можете это сделать в комментариях на сайте или на персональной странице Ольги Мартинес в Фейсбуке.

Подписывайтесь на Морнинг. Продолжение следует всегда!

Интересная статья? Поделитесь ею, пожалуйста, с другими:
Очень смешные реальные истории о русских женщинах, их мужьях и жизни!
Комментарии на блоге
2 комментария
  1. Татьяна

    До слёз… Нет слов, одни эмоции. Счастья Вам, удачи, радости и…терпения. Будьте здоровы!

Комментарии в Вконтакте
Комментарии в Фейсбук